ПОИСК
Україна

Полевая почта "ФАКТОВ". Выпуск 35-й

10:54 25 березня 2016
Інф. «ФАКТІВ»

Наша газета продолжает публиковать отрывки из писем воинов и их родных. Это обычные послания друзьям, родным, любимым и вместе с тем — слепки современной истории. На странице «Полевой почты «ФАКТОВ» вы сможете разместить и объявление о розыске пропавшего родного человека или отблагодарить встреченных на фронте врачей, медсестер, волонтеров, других добрых людей.

Предыдущую публикацию в рубрике «Полевая почта «ФАКТОВ» читайте здесь

Помогите найти

Дорогая редакция «ФАКТОВ»! Помогите, пожалуйста, найти нашего боевого товарища, полковника Пивоваренко Павла Васильевича, 1975 года рождения, исполнявшего обязанности командира 51-й механизированной бригады и пропавшего без вести в конце августа 2014 года во время выхода из Иловайского котла. Обратиться в газету нас побудило еще одно обстоятельство. После того как Павла не оказалось ни среди мертвых, ни среди живых, недоброжелатели (а у честного, строгого командира их всегда хватает) всю вину за большие потери бригады начали валить на него, стали писать о нем в Интернете ложь и клевету. Например, о том, что свою карьеру полковник якобы сделал благодаря живущему в Москве высокопоставленному тестю, а во время Иловайска переметнулся на сторону сепаратистов и с семьей находится в России.

Мы, бывшие однополчане и сослуживцы Павла Пивоваренко, понимаем, что при любом ЧП, при любой трагедии должен быть установлен или «назначен» виновник. Искренне сочувствуем родным погибших солдат и офицеров его бригады. Мне лично не стыдно смотреть людям в глаза: у меня два сына воевали в АТО. Слава Богу, остались живы. Поэтому злопыхателям и тем, кто им поверил, хочу доложить: «высокопоставленный тесть» полковника Пивоваренко был простым колхозником из маленького городка Радомышль Житомирской области. Жена полковника Светлана Дмитриевна — военнослужащая Вооруженных Сил Украины в звании ефрейтора — служит в одной из воинских частей Киева и живет с двумя детьми 17 и 4 лет в общежитии. Кстати, со Светой Паша познакомился еще в первом классе, они вместе учились в школе и не мыслили жизни друг без друга.

Когда Павлу Пивоваренко поручили командовать бригадой, он увидел, что многие мобилизованные безбожно пьют, спаивают молодых солдат и увиливают от боевой подготовки. Пьяные воины — это стадо, которым невозможно управлять. Сослуживцы, участники АТО, рассказывали: даже на передовой некоторые вояки напивались, а когда начинался обстрел, эти, извините за резкость, мешки с дерьмом приходилось с риском для жизни затаскивать в окоп или блиндаж. Полковник Пивоваренко еще до отбытия на Донбасс начал наводить порядок. Да, он строгий, жесткий офицер. Но в армии иначе нельзя. Пьяницы его возненавидели: «Мы не знаем, вернемся ли живыми, а ты!..» Павел говорил им: все уставы, требования дисциплины кровью писаны. Хочешь жить — выполняй! Жизнь подтвердила правильность его позиции. Мы, старые воины, не святоши, но считаем, что главнокомандующий очень правильно поступил, введя в армии серьезные денежные штрафы за пьянство на фронте, в боевой обстановке.

Полковник Пивоваренко был и остается честным, добросовестным, принципиальным человеком. Надежные офицеры, прапорщики и солдаты его уважают и любят. И карьеру он делал, что называется, своим горбом. С 14 лет учился в Суворовском училище, профессию военного избрал по примеру своих родных, воевавших на фронтах Великой Отечественной войны, и отца — бывшего армейского прапорщика. Окончил Харьковское гвардейское высшее командное танковое училище, затем — Университет обороны Украины имени генерала армии Ивана Черняховского. Прошел все ступеньки нелегкой офицерской службы по отдаленным гарнизонам, дневал и ночевал в казармах, парках техники, на полигонах. Потом его перевели в Киев, в штаб Оперативного командования. Но и в столице семья редко видела его дома. Часто ездил в командировки по воинским частям. Однажды, рассказывала жена Светлана Дмитриевна, приехал домой на сутки и снова уехал. А на следующий день сообщил супруге, что он в Днепропетровске и отправляется во главе бригады в зону АТО.

Потом звонил домой и друзьям уже оттуда. Говорил, что все нормально, на их участке спокойно. На вопрос, где они находятся, отвечал: «Смотрите телевизор». В новостях передавали, что украинские военные и добровольческие формирования освободили от сепаратистов Северодонецк, Лисичанск и другие города. Мы поняли, что в этом есть и заслуга Павла Васильевича. Сослуживцы рассказали, что он был ранен, контужен, но оставался в строю. Мы гордились нашим товарищем. И вдруг в один прекрасный день прозвучало страшное слово «Иловайск», звонки прекратились, телефон Павла перестал отвечать.

Вскоре после исчезновения Пивоваренко его супруге позвонил знакомый военный: «Ваш муж погиб, примите соболезнования…» Она не выдержала, побежала к его начальству: «Покажите документы, что Павел погиб! Отдайте мне тело!» Ничего не нашли. Потом записали его в пропавшие без вести. И пошла клевета…

Было еще несколько звонков жене. Дескать, мы знаем, что ваш муж в плену. Переведите деньги — поможем освободить. Позже оказалось, что, когда были эти звонки, в Дебальцево еще находились украинские военные.

Недавно вроде бы совпал тест ДНК. Но семья и друзья полковника верят, что он жив. Жена хочет добиваться повторной экспертизы. Но независимо от того, жив он или мертв, честь его мы отстоим. Пивоваренко — командир с большой буквы.

Если кто-нибудь что-нибудь знает о Павле Пивоваренко — телефон его жены: (093) 309−44−59, электронная почта: [email protected], мои телефоны: (093) 425−11−19, (068) 817−39−77.

Леонид Повстюк, старший прапорщик,
бывший сослуживец Павла Пивоваренко
по 30-й отдельной механизированной бригаде.
Новоград-Волынский, Житомирская область

***
Здравствуйте, уважаемая редакция! В зоне АТО полтора года назад пропал мой сын, Пошедин Максим Витальевич, 1990 года рождения, из города Желтые Воды Днепропетровской области. В 2014 году он выучился на экономиста и сразу же вступил добровольцем в полк спецназначения «Днепр-1». После обучения их подразделение направили в зону АТО.

Мне Максим ничего не рассказывал, не хотел волновать. О том, где он находился, я узнала уже после его исчезновения. Сын говорил, что будет охранять блокпосты. Когда звонил, рассказывал, что у него все хорошо. И так до самого последнего дня. 28 августа мы долго разговаривали. А на следующий день он не только не позвонил, но и связь с его телефоном пропала. Я начала бить тревогу. Мы с бывшим мужем стали искать сына. Узнали, что подразделение Максима не смогло выйти из «зеленого коридора». Позвонили в «Днепр-1», там его внесли в списки без вести пропавших. Оказалось, ребята попали в котел под Иловайском.

Мы сдали тест ДНК в Запорожье. Пересмотрели фотографии тел. Сына не увидели, ДНК не совпала. Позже повторно сдали тест в Днепропетровске, и ДНК совпала. Несмотря на это, я продолжаю поиски. Мне помогает Красный Крест. Общались с представителями «ДНР», которые за выкуп обещали отдать сына. Слава Богу, деньги мы не перевели, поняли, что это аферисты, которые хотели нажиться на нашем горе. Получается, что за все это время я не получила никакой достоверной информации о сыне. Никакой весточки. Но ищу, надеюсь и верю, что он жив. Чувствую, что он жив. На войне всякое случается. Может, он память потерял. Сослуживцы его мертвым не видели. По их словам, он спрыгнул с БТРа, когда ударной волной от снаряда сбросило его друга. Потом их никто уже не видел. В этот момент начался сильный обстрел, и разглядеть что-либо было невозможно.

Мой номер телефона: (097) 978−40−12.

Мама Максима Пошедина Алла Пошедина,
Желтые Воды Днепропетровской области

Письмо с фронта

Авдеевская промзона. Сегодня это самая горячая точка на карте нашей войны. Как только украинцы начали усиливать свое присутствие в «промке», тут же запаниковали «сепары». Решили, что ВСУ собираются наступать и отбить Ясиноватскую развязку на шоссе, соединяющем Горловку и Донецк. «Если бы хотели, то давно бы отбили», — смеются наши бойцы. Хотя, если честно, тут не до смеха. Снайпер работает на дистанции в пару сотен метров. Поэтому все перемещения — бегом. На украинские позиции боевики ежедневно бросают своих людей, как говорится, пачками, пытаясь штурмом зайти в Авдеевку; и многочисленные жертвы не охладили наступательный пыл сторонников «русского мира». Вот уже целую неделю, день за днем, танки и артиллерия боевиков меняют ландшафт «промки», лишая возможности зацепиться за здания. Вчера стояла хата, а сегодня ее нет. Тупая и примитивная тактика, известная еще со времен Донецкого аэропорта (ДАП). Там, правда, она сработала. И, чтобы не повторить ДАП в промзоне, единственный выход у ребят — окапываться, рыть «укрепки» и блиндажи. А родные и близкие пусть требуют от своих защитников фотоотчеты о проделанной работе: «Мама, я поел и в шапке. И в свежевыкопанном блиндаже».

Андрей Цаплиенко, военный тележурналист
(опубликовано в «Фейсбуке»)

От всей души

Андрiйко

Кава, «Фейсбук», улюблений джаз,
Пошуки правди, знижок і пульту.
…А під дощами стоїть за Донбас
Хлопчик Андрійко із ультрас.

В шафі — Шевченко, Стус і Вольтер,
Блок, словники, коломийки.
…Знову поїхав на схід волонтер —
Він нагодує Андрійку.

Лаємо Путіна і СеРеСеР,
Кризу й прихильників культу.
…Десь без бензину стоїть волонтер,
Мерзне хлопчина із ультрас.

Пишемо пости, ставимо «клас»,
Лаємо Раду за бійки.
«Крим — український! А також Донбас!»
…Ти ще не змерз там, Андрійко?

Треба поїхати в Відень чи Львів —
Нерви зведуть до інсульту!
…Скільки ж ти днів не спав і не їв,
Юний хлопчина із ультрас?

Київ живе — ресторани і мийка,
Шопи, салони і бар…
А на Донбасі воює Андрійко —
Ультрас. Дитина. «Айдар».

Тетяна Малахова
(опубликовано в «Фейсбуке»)

Консультация «ФАКТОВ»

«Многие опасаются подписывать даже краткосрочные контракты для службы в армии из-за введенного в стране особого положения. Я не против служить по контракту, тем более что в армии стали платить больше, чем во многих местах на гражданке. Но побаиваюсь, что по истечении шестимесячного контракта не смогу уволиться. Ведь в стране введено особое положение, и контракт могут продлить без моего согласия».

Андрей Онищенко, Черкасская область

В Министерстве обороны Украины сообщили, что такие опасения беспочвенны. «Прямая норма закона Украины „О военной обязанности и военной службе“ гарантирует увольнение в запас военнослужащих, которые подписали шестимесячный контракт, даже во время особого периода в стране», — заявили «ФАКТАМ» в оборонном ведомстве.

С начала 2016 года количество желающих служить в Вооруженных Силах Украины по контракту составило более 13,5 тысячи человек. Из них 13 тысяч уже подписали контракты, в том числе краткосрочные — на шесть месяцев. Остальные еще проходят стадию подготовки документов и комиссии.

Дорогие читатели!

Ваши письма, вопросы, поздравления и рисунки мы ждем по адресу: 4 116 Киев, улица Ванды Василевской, 27/29, редакция газеты «ФАКТЫ» с пометкой «Полевая почта» и по электронному адресу: [email protected]

На странице «Полевая почта «ФАКТОВ» вы можете поздравить с днем рождения своего друга, побратима, сослуживца, маму, сына, брата, жену или другого близкого человека и заказать для него любимую песню. А прослушать эту песню можно будет на нашем сайте.

Пишите нам по адресу: 4 116 Киев, улица Ванды Василевской, 27/29 или по электронному адресу: [email protected]

647

Читайте нас у Telegram-каналі, Facebook та Twitter

Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів
 

© 1997—2021 «Факти та коментарі®»

Усі права на матеріали сайту охороняються у відповідності до законодавства України.

Матеріали під рубриками «Офіційно», «Новини компаній», «На замітку споживачу», «Ініціатива», «Реклама», «Пресреліз», «Новини галузі» а також позначені символом публікуються у якості реклами та мають інформаційно-комерційний характер.